Не пропусти наши новости — используй время с пользой Подписаться

Главная страницаНовостиАлександр Бирштейн. Проверка

Дети: Александр Бирштейн. Проверка

02.08.2016

Этот ребенок сведет меня в могилу!

Когда от моих бесчинств родителям окончательно стало невмоготу, когда многочисленные соседи ультимативно потребовали не выпускать меня во двор без конвоя, когда моя слава хулигана перевалила через мост и люди из десятого номера специально ходили на меня посмотреть, - отец стукнул кулаком по столу и сказал:

– Хватит!

Я е возражал, ибо занят был разборкой трофейного будильника с двумя звоночками на корпусе. Колесики от будильника очень хорошо изображали волчка, да вот беда, закончились. Поэтому пришлось взяться за будильник, который до этого вполне исправно служил родителям вот уже четыре года.

Ободренный моим молчанием, отец сообщил маме и бабушке, что завтра же пойдет к заместителю командующего по тылу и добьется для меня места в знаменитом окружном детском саду, что на Канатной угол Базарной.

Бабушка отвернулась, словно говоря, что иного она от зятя и не ожидала. А мама начала, было, уговаривать отца повременить, ибо я, конечно, больше не буду… Но вдруг прервалась, грозно вопросив:

– А что это ты делаешь?

– Работаю! – буркнул я.

Как раз в это время будильник рассыпался на всякие мелкие детали.

– Этот ребенок сведет меня в могилу! – трагическим голосом произнесла мама. – Он сломал наш будильник!

– Ну и что тебе за это сделать? – спросил меня папа.

– Ничего! – подсказал я ему оптимальный способ наказания.

– Ох, и всыпал бы я тебе… – размечтался папа.

– Не смей бить ребенка! – хором исполнили мама с бабушкой.

– Понял? – спросил я у папы.

Остаток вечера я простоял в углу, уныло воя и ковыряя пальцем обои. А дня через три мне было объявлено, что с завтрашнего дня поступаю в детский сад, где буду находиться с восьми утра до шести вечера, завтракать, обедать и полдничать там, а также днем спать. Ни одно из перечисленных мероприятий энтузиазма во мне не вызвало, поэтому я попробовал отказаться, заявив, что так и быть готов идти в эту проклятую школу, а в детский сад не хочу.

– В школу в четыре года не берут! – сказала мама.

– Тебя не спрашивают! – ответил мне папа.

– Пусть папа пойдет к заместителю командующего по тылу и добьется, чтоб меня взяли в школу! – ответил я маме. А папе отвечать демонстративно не стал.

Наутро меня, упирающегося и ревущего, папа отконвоировал в детсад.

А там встал вопрос, в какую группу меня определять. Дело в том, что в саду имелись четыре группы: младшая, младшая средняя, средняя и старшая. По возрасту – четыре года – я должен был пойти в младшую среднюю группу, но папа считал, что мне там будет скучно. Поэтому, чтоб определить мой интеллектуальный уровень, меня отвели к директору на проверку.

– Как тебя зовут, мальчик? – спросила директор.

– Шурик! – ответил я.

– А у нас ты будешь Сашенькой!

– С какой стати? – не согласился я.

– Вообще-то дома мы его зовем Шуриком… – попробовал смягчить ситуацию папа.

– Тут ему не дом! – сказала чистую правду директор, окончательно настроив меня против себя.

Потом она стала читать начало стихов, а я должен был их продолжить.

– Наша Маша горько плачет… – начала директорша.

– Плакса и дура! – продолжил я. – Реветь из-за какого-то мячика! Полезла бы в воду и достала! Заодно и выкупалась!

– А если она боится утонуть?

– Плавать надо уметь! – заявил я и покосился на папу. Папа покраснел. Дело в том, что плавать меня он действительно научил, но предательским образом затащив на глубину и бросив. Впрочем, попало ему за это прилично.

– Уронили мишку на пол… – продолжила экзамен директорша.

– Голову ему надо оторвать за то, что согласился у такой девчонки жить!

– Почему? Ведь она же говорит, что его не бросит!

– А кто лапу оторвал, а кто на пол уронил? – упорствовал я. – Нечего нормальному медведю у такой дуры делать!

– У него лексикон хулигана! – взвизгнула директорша.

– А вы недоразвитая! – констатировал я.

– Почему? – опешила она.

– Потому что, доразвитые читают Пушкина или даже Блока! А вы только какие-то детские стишки знаете!

– Блоооооооока? – задохнулась директорша. – Ну что ж, почитай нам Блока!

– Я не помню – он был или не был

Тот вечер. Пожаром зари… – завывая, начал читать я.

Когда я дошел до черной розы в бокале, директорша заплакала.

Александр Бирштейн

Мы в Vkontakte                     Мы в Facebook                     Мы в Одноклассниках

Поделиться ссылкой:
Яндекс.Метрика