Не пропусти наши новости — используй время с пользой Подписаться

Главная страницаНовостиНе только на работе: где и как проявляется эйджизм

Отношения: Не только на работе: где и как проявляется эйджизм

04.11.2017

Стоит задуматься уже сегодня.

ФРАЗЫ «ВРЕМЯ НЕ ЖДЁТ» И «ЧАСИКИ ТИКАЮТ» ХОТЯ БЫ РАЗ СЛЫШАЛА каждая женщина в России. В стране, где средний возраст рождения первого ребёнка — двадцать пять с половиной лет, до сих пор часто с предубеждением относятся к «свободным» тридцатилетним — что говорить о тех, кому за сорок. Молодость всё ещё представляется нам безусловным преимуществом, а зрелость — неизбежным приговором с отсутствием возможностей.

Хотя отношение общества к людям старшего возраста меняется у нас на глазах — в съёмках и на подиумах появляются модели 50+, а глянцевые журналы отказываются от термина «антиэйдж», — пресловутый возраст всё ещё остаётся преградой для многих. Мы знаем, с какими трудностями сталкиваются люди старше пятидесяти в поиске работы, но дискриминация этим не ограничивается. Мы разобрались, как ещё эйджизм проявляется в повседневной жизни и как он влияет на само общество.

Вопрос времени

Ещё двести лет назад в России выходить замуж в шестнадцать считалось нормой, а до 1830 года невесте могло быть и тринадцать-пятнадцать лет. В XIX веке «застаревшей» могли назвать двадцатилетнюю невесту, а к двадцати пяти в отдельных губерниях девушкам добавлялись звания «перестарок», «засиделок» и просто «старых». Примерно такие представления о юности были и в Европе. «С ней была молодая леди, не очень-то молодая, я бы сказал — лет двадцати», — так описывает рассказчик одну из героинь романа о Дэвиде Копперфильде Чарльза Диккенса, вышедшего в 1849 году.

Сегодня «старыми» называют куда более взрослых людей. Например, 30 % россиян считают, что старость начинается в промежутке между 50 и 59 годами (хотя ещё 27 % указывают на 60–69 лет), притом что средний возраст населения, по данным Росстата, — 39,7 года: 42 года для женщин и 36,9 года для мужчин. Учитывая среднюю продолжительность жизни в России — 72 года, — при таком раскладе на «старость» уходит пятнадцать-двадцать лет, то есть примерно четверть жизни. И этот период воспринимается как худший: он, по данным опроса ФОМ, для большинства не имеет никаких преимуществ перед другими отрезками жизни.

Население старшего возраста тем временем растёт: по данным Всемирного банка, за полвека с 1965 по 2015 год доля людей старше 65 лет в мире выросла в полтора раза — с 5 % до 8,5 %. А ООН предсказывает, что к 2050 году количество людей 60 лет и старше удвоится и составит больше двух миллиардов. О проблеме старения населения говорят во многих странах с развитой экономикой: расходы на социальное обеспечение пенсионеров ударяют по благосостоянию страны. Поэтому, например, за последние несколько лет о повышении пенсионного возраста до 67 лет заявили власти Австралии, Польши, Канады, Ирландии и Нидерландов. При этом в России в 2017 году средний размер пенсии составляет 13 657 рублей — и несмотря на индексацию, она растёт явно медленнее, чем расходы: в 2018 году сумма увеличится всего на 500 рублей.

Чем старше становится человек, тем больше он чувствует себя исключённым из общественной жизни и чаще сталкивается со снисходительным отношением молодых

Общественное сознание не успевает за демографическими изменениями: хотя в России трети населения больше пятидесяти лет, общество продолжает воспринимать старший возраст как изъян. Если уже после пятидесяти люди сталкиваются со снисходительным отношением, то к людям ещё старше зачастую относятся как к «живым памятникам» или как к детям: им нужно улыбаться, дать выговориться, проявляя вежливый интерес — но о полноценной беседе и восприятии их как равных зачастую речи не идёт. Чем старше становится человек, тем больше он чувствует себя исключённым из общественной жизни и чаще сталкивается со снисходительным отношением более молодых. В результате люди вынуждены мириться с таким положением вещей: «Я думаю, что многие люди сами относятся к старости, пожилому возрасту как к периоду дожития, когда всё плохо, когда ты уже никому не нужен, ты беспомощен, ты, в общем, второй сорт», — считает директор Агентства социальной информации Елена Тополева-Солдунова.

Потеря работы и выход на пенсию — начало исключения из социума, а из-за старения населения группа «исключённых» постоянно растёт. Неслучайно в нашей стране пенсию, согласно опросу ВЦИОМ, считают одним из самых тяжёлых периодов жизни: в это время человек не ведёт активную жизнь, становится беднее, теряет часть знакомств и может позволить себе меньше занятий. При этом пенсионеров считают слабыми, нуждающимися в постоянной помощи — финансовой или медицинской. Что, конечно, не отменяет необходимости поддержки как таковой.

Не в радость

Жительница Португалии Мария Мораиш в 1995 году пережила неудачную операцию, после которой больше не могла заниматься сексом. Она подала в суд на больницу и в 2013 году выиграла с компенсацией в 80 тысяч евро. Но уже через год решение было отменено. Неудачная операция произошла в «возрасте, когда секс не так важен, как в молодости» — так португальский суд объяснил своё решение. Мораиш в 1995 году было всего пятьдесят. Справедливость восторжествовала только в начале октября 2017 года. Европейский суд по правам человека заключил, что решение, что секс в пятьдесят лет больше не важен, объясняется устаревшими представлениями о том, что женская сексуальность имеет значение только в контексте деторождения.

Пример Мораиш — типичная иллюстрация того, как общество воспринимает людей старше пятидесяти. В 2014 году учёные Университетского колледжа Лондона изучили опыт около 7500 англичан старше пятидесяти двух лет и выяснили, что треть из них сталкивается с дискриминацией из-за возраста. Эйджизм проявляется в менее уважительном общении, худшем обслуживании в магазинах, кафе и больницах, снисходительном отношении, угрозах и притеснениях.

 В целом в странах Европы дискриминация людей старше пятидесяти пяти лет широко распространена — так считает 42 % опрошенных жителей Евросоюза (о ней задумываются чаще, чем о проблемах гендерного неравенства). А 5 % опрошенных сами сталкивались с эйджизмом — это самый высокий показатель среди всех вариантов дискриминации, перечисленных в опросе.

О дискриминации по возрасту принято говорить в основном в контексте трудоустройства: в России найти работу даже после сорока — сорока пяти лет непросто. Но эйджизм гораздо более распространённое и сложное явление, и проявляется оно ежедневно: в общении с окружающими, суждениях и восприятии. Типичный пример — комментарии о жене нового президента Франции Эммануэля Макрона Брижит Макрон, которая старше мужа на двадцать четыре года. Разница в возрасте супругов стала поводом для множества теорий о том, почему эти отношения «ненастоящие»: таблоиды предполагали, что Макрон — гей или встречается с женщиной моложе, а брак с Брижит — лишь прикрытие.

Иные тексты в духе «лучшие фильмы для просмотра с родителями» объясняют, что понравится маме в известных фильмах. С одной стороны, это вытекает из динамики отношений между повзрослевшими детьми и родителями (не все даже спустя годы готовы обсуждать «сложные» темы), с другой — здесь пробиваются стереотипы: считается, что люди зрелого возраста не смогут оценить художественную ценность фильма при наличии мата и постельных сцен. Другие устоявшиеся представления о людях старшего возраста связаны, например, с уязвимостью, одиночеством, проблемами со здоровьем и когнитивными способностями, «старомодностью» — причём с лишениями старость связывают не только респонденты российских опросов.

Клише порождают соответствующее поведение: в разные годы учёные замечали, что, например, арендодатели с меньшей охотой сдают жильё людям старшего возраста. Людей зрелого возраста дискриминируют даже дети: во время эксперимента им предложили поиграть с молодым (35 лет) и зрелым (75 лет) человеком — во втором случае дети садились от человека дальше, избегали зрительного контакта и меньше говорили. Часто слова, поведение или даже характер человека объясняют его возрастом — хотя, согласно исследованиям, сильные эмоции и черты характера проявляются практически так же, как и в молодости.

 Группа риска

«Мы сами боимся говорить о старости, это некомфортная тема», — рассуждает основательница проекта «Сказки у Камина» Наталья Перязева. Для иллюстрации она приводит «пример с тапочками»: даже близкие часто дарят пожилым родственникам на праздники вещи для дома — тапочки или халаты, — не задумываясь о том, есть ли у них другие интересы и увлечения. «Честно говоря, для меня это уже является формой насилия, потому что мы ограничиваем пожилого человека в его свободе», — заключает она.

Европейский союз исследует положение дел, а 2012 год даже был объявлен годом активного старения и солидарности поколений: в ЕС решили, что старшему поколению нужна поддержка на рынке труда, возможность больше участвовать в социальной жизни и заботиться о здоровье. Об «активном старении» задумались и российские власти: в прошлом году правительство приняло «Стратегию действий в интересах граждан старшего поколения».

Эйджизм опасен не только для государства и экономики в целом: он негативно сказывается на психике и здоровье самих дискриминируемых, считают учёные Университетского колледжа Лондона. Обыденность эйджизма приводит к тому, что человек всё меньше участвует в общественной и культурной жизни — при этом у людей зрелого возраста, много общающихся с другими, меньше снижаются когнитивные способности. Государства не случайно обращают внимание на проблему исключённости пожилых из общественной жизни: ведь если дискриминация сохранится, то через несколько десятков лет угнетённой группой окажется большая часть общества. И в неё точно войдут все, кто раньше был среди «привилегированных» — то есть молодых

Wonderzine.com

Мы в Vkontakte                     Мы в Facebook                     Мы в Одноклассниках

Поделиться ссылкой:
Яндекс.Метрика