Не пропусти наши новости — используй время с пользой Подписаться

Главная страницаНовостиВдова Папанова: На похоронах матери он поклялся больше не пить

Люди: Вдова Папанова: На похоронах матери он поклялся больше не пить

13.11.2017

95 лет назад родился Анатолий Папанов. Sobesednik.ru вспоминает артиста вместе с его вдовой Надеждой Каратаевой.

– Мы с Толей познакомились в начале 40-х, в то время я училась в ГИТИСе на первом курсе. Помню, прихожу в институт, вижу, сидит на ступеньках, понурив голову, какой-то парень​, – вспоминает 93-летняя Надежда Юрьевна. – Спрашиваю у него, что случилось, он отвечает: «Очень хочу тут учиться, а меня не берут». У него не было образования даже 10 классов, он парень из простой семьи, был обычным хулиганистым, дворовым мальчишкой. Но очень увлекся занятиями в драматическом кружке и поэтому решил стать артистом.

Ну в общем, я подумала, как ему можно помочь, и придумала устроить его в такую театральную студию, где и учатся, и работают. Он прошел там подготовку и потом уже смог поступить в ГИТИС. Выяснилось, что мы еще и живем в одном районе Москвы, вместе с ним ездили домой. Толя всегда провожал меня до самого подъезда, часто сидели у меня во дворе, разговаривали часами обо всем на свете. Потом стал приглашать в кино, ну так и закрутилось.

Помню, привела Толю знакомиться к маме. Я в то время была довольно симпатичной девочкой, и мама, когда он ушел, сказала: «Доченька, это, конечно, твое дело, но ты не могла себе найти кого-то покрасивее?», я ответила: «Мама, зато он талантливый очень!» В 1945 году мы расписались. Он переехал жить к нам с мамой в коммуналку. У него жить было негде, в их маленькой комнатке обитали отец, мама, сестра Толи с двумя детьми. Муж очень любил сидеть на нашей общей кухне. Тут надо отдельно сказать, что в коммунальной квартире было 13 комнат. Он любил наблюдать за народом, подмечал разные характеры и говорил, мол, вот этого и этого можно было бы сыграть.

После окончания ГИТИСа Толю пригласили в Театр сатиры, туда пошел режиссер Андрей Александрович Гончаров, он учился в одном институте с нами, только на режиссерском факультете. Ну а меня по распределению отправили в Литву, в Клайпеду. В местном театре мне давали хорошие роли, но, правда, там я пробыла недолго – всего один сезон. Ко мне приехал Толя и сказал: «Я в Москве, а ты здесь – это не дело!» И забрал меня. В столице не было работы, я сидела дома. Потом как-то Гончаров спросил Толю, как у меня дела, тот пожаловался, что я без работы. И режиссер сказал, что может меня взять в Театр сатиры, только во вспомогательный состав. Ну я сразу согласилась, мы с Толей хотели работать в одном театре. Практически сразу меня поставили в один спектакль с Татьяной Ивановной Пельтцер, мы с ней очень подружились, она меня поддерживала. Постепенно я перевелась в основной состав.

Руководство дало нам с Толей крохотную комнатку в пристройке к театру. Нашими соседями были Вера Васильева с Володей Ушаковым, Пельтцер. Жили мы дружно, и работа была рядом. В 1954 году у нас родилась дочка, мы решили ее назвать в честь мамы Толи – Еленой. Он очень любил свою маму. Тогда нам театр выделил квартиру, куда мы переехали. После рождения Лены у мужа наступил кризис, в театре все складывалось непросто, был тяжелый период становления, ему давали не те роли, о которых он мечтал. Ну Толя и запил, да еще как! Был у него друг – актер Евгений Весник, вот они вместе и напивались хорошенько. Однажды я вызволяла мужа из милиции. Он сидел пьяный на скамейке, никого не трогал, к нему подошел милиционер и сказал, что тут нельзя сидеть. Толя возмутился, мол, почему это, схватил милиционера за китель и оттолкнул его. Ну, конечно, попал в отделение, там ему назначили исправительные работы. А он в это время должен был выступать в спектакле. Я пошла к начальнику милиции и стала просить: «Дайте мне под охрану, он отыграет, и я его верну вам». Сначала не соглашался, ну а потом я пригласила начальника к нам на спектакль, и ему очень понравилось, как Толя играет на сцене, он его отпустил.

Муж бросил пить после смерти мамы, он знал, что она очень переживала из-за его пристрастия. И на ее поминках он набрался и дал обет, что никогда больше и грамма не выпьет. Соблюдал он это правило всю жизнь, и очень строго, даже на праздник не позволял себе. Он как-то сказал: «Не верь, если говорят, что не могут бросить пить! Для этого нужна только воля».

Что бы ни происходило в нашей жизни, у меня никогда не возникала мысль развестись. Мы с Толей ни разу друг друга не ревновали. Я, когда выходила за него замуж, была девочкой, и после его смерти у меня никого не было. И я, и он – однолюбы. Когда он стал популярным, а это было уже в довольно зрелом возрасте, то очень деликатно обходился с поклонницами. Он вообще не стремился к славе, натягивал кепку при выходе из дома, чтобы никто его не узнавал. А когда его хвалили в газетах или награждали, он удивлялся: «Да ничего особого я не сыграл! Играю как играю». Толя не кичился, не хвастался. Помню, после спектаклей еще долго сидел в театре, я ему говорила, мол, пошли домой, а он: «Там народу много, пусть разойдутся все, а потом выйдем». Стеснительный был человек.

Путь к славе Анатолия Дмитриевича был весьма тернист. Он прошел войну, служил в штрафбате из-за того, что однажды с другом убежал в самоволку. После окончания войны никогда не надевал ордена – не считал нужным выставлять напоказ свою боль. Он привык в жизни всего добиваться сам, то же было и в профессии. Он много лет не получал главных ролей в театре, его не брали в кино. Папанов ходил на множество проб, но его раз за разом не утверждали. Оттого он даже уверовал в то, что вовсе не киногеничен. Анатолий Дмитриевич стал популярным и узнаваемым актером после 40 лет, в 1963 году вышел военный фильм «Живые и мертвые» с ним в главной роли. За эту картину он получил Государственную премию РСФСР им. братьев Васильевых. Затем последовал неменьший успех ленты «Дети Дон Кихота». Ну а потом были «Берегись автомобиля» и «Бриллиантовая рука», где дуэт Папанова и Миронова стал одним из кинооткрытий ХХ века.

– Они с Андреем не были близкими друзьями из-за разницы в возрасте, но Толя к нему очень хорошо относился, они много вместе выступали уже после «Бриллиантовой руки». Миронов ведь вместе с нами работал в Театре сатиры, там ему практически сразу стали давать главные роли, потому что он из семьи известных артистов. Но Андрюша никогда этим не пользовался, он был прекрасным актером и не зазнавался. Через 15 дней после смерти Толи Миронов ушел из жизни. Я тогда даже не поверила, что так может быть...

В августе 1987 года страна провожала в последний путь Анатолия Папанова. Ему было всего лишь 64 года. Почему его сердце остановилось, никто не понимает до сих пор.

– Толя в тот день был один дома. Он тогда спешил на спектакль, решил принять душ, не было горячей воды, и он встал под холодную. У него просто остановилось сердце. Хотя не пил, не курил и на боли в сердце ни разу не сетовал. Но он был все-таки фронтовик, жаловаться не привык, поэтому, может быть, и болело, но он не говорил. После смерти Толи даже не могла представить другого мужчину рядом. Я всю жизнь ему верна и всегда буду любить его. Сейчас мне 93 года, живу одна, все по дому делаю сама, из Театра сатиры уже ушла. Дочка мне каждый день звонит, часто приходит в гости, у меня есть две прекрасные внучки, правнук, так что скучать не дают.

В 1989 году Анатолий Дмитриевич стал обладателем Государственной премии СССР, правда, уже посмертно, за свою последнюю роль в фильме «Холодное лето пятьдесят третьего».

– Муж сразу согласился сниматься в этом фильме, потому что всю жизнь играл в комедиях, а тут драматическая роль в таком фильме! Он еще удивлялся, почему взяли именно его, а потом сказал: «Наверное, потому, что им нужен был актер с лошадиным лицом и умными глазами».

Заканчивается фильм словами героя Папанова, которого незаслуженно обвинили в шпионаже, сделали врагом народа, он будто бы прощается со зрителями: «Об одном жалею – годы. Так хочется пожить по-человечески и поработать».

Собеседник

Мы в Vkontakte                     Мы в Facebook                     Мы в Одноклассниках

Поделиться ссылкой:
Яндекс.Метрика