Не пропусти наши новости — используй время с пользой Подписаться

Главная страницаНовостиНе собачья жизнь: как жили псы царского режима

Увлечения: Не собачья жизнь: как жили псы царского режима

06.01.2018

По восточному календарю, символом наступившего года будет желтая земляная собака.

Трепетное отношение к лучшим друзьям человека было всегда, вне зависимости от эпохи или социального статуса хозяина. Российские монархи часто изображались вместе со своими четвероногими любимцами, которые спали в царских покоях, свободно прогуливались по территории дворца, наблюдались у лучших врачей и получали дворянские титулы. «Газета.Ru» — о жизни «венценосных» собак.

Петр I и Екатерина II: слоны и моськи

Во многом хладнокровный император Петр I питал весьма теплые чувства к своей лошади по имени Лизетта. Она была с ним на протяжении всей Северной войны и сыграла решающую роль в спасении жизни государя во время битвы под Полтавой. Тогда Петра окружили шведы с поднятыми ружьями, однако лошадь сманеврировала и спасла своего хозяина от вражеской пули. После смерти любимицы государь назвал в ее честь своего нового питомца — гладкошерстного терьера. Помимо терьера, у императора был и громадный булленбейсер Тиран.

Жена внука Петра I, Екатерина II, напротив, любила собачек поменьше. Именно она ввела моду на левреток при российском дворе. Началось же все в 1770 году, когда выписанный из Англии доктор Димсдэль подарил государыне двух левреток, которые впоследствии стали родоначальниками громадного потомства. В каждом знатном доме Петербурга спустя несколько лет нежились собаки этой породы.

«Патриархом» этой огромной собачьей семьи значился пес по имени Том Андерсон. Примечательно, что все придворные по приказанию императрицы именовали его сэром.

В письме барону Фридриху Гримму Екатерина писала, что Том Андерсон из всех живых существ более всего достоин иметь право на речь: «Общество ему приятно, особенно общество его собственной семьи. Из каждого поколения он выбирает самых умных и играет с ними. Он их воспитывает, прививает им свои нравы и привычки: в дурную погоду, когда всякая собака склонна спать, он сам не ест и мешает есть менее опытным». Она отмечала, что если у щенят случалось расстройство желудка, то Андерсон ворчал на них и ругал малышей: «Если найдет какую-нибудь траву, полезную для их здоровья, то ведет их туда. Эти же явления я наблюдала сто раз собственными глазами».

Яркой представительницей семейства Андерсонов считается Земира, которой, предположительно, дали имя в честь главной героини французской оперы по мотивам «Красавицы и Чудовища» — «Земира и Азор». Левретка позирует с императрицей на знаменитой картине Владимира Боровиковского «Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке». Кроме того, в Петергофе есть фарфоровая статуэтка Земиры. Сегодня она украшает ежегодный праздник левреток под названием «Игрушка ветра», который проводится в Большом императорском дворце.

Не каждому человеку доведется вести ту жизнь, которую вели царские собачки. Они спали в личных покоях императрицы на обитой розовым атласом и кружевами корзинке-колыбели, утро левретки начиналось с совместной прогулки с Екатериной по территории дворца. Окружающие по громкому лаю собак определяли присутствие правительницы.

После променада Земира отдыхала на своей подстилке, сшитой из старых собольих шуб государыни.

Императрица прощала питомице все шалости. «Вы простите меня за то, что вся предыдущая страница очень дурно написана: я чрезвычайно стеснена в настоящую минуту некой молодой и прекрасной Земирой, которая из всех Томассенов садится всегда как можно ближе ко мне и доводит свои претензии до того, что кладет лапы на мою бумагу», — отмечала государыня в одном из писем.

После смерти Земиры ее похоронили на первом в стране собачьем кладбище — и, кстати, именно при Екатерине II в знатных семьях стало принято хоронить собак на специально выделенных участках рядом с домами.

Николай I: о богатом Гусаре замолвите слово

Любимый пес Николая I по кличке Гусар прославился на всю Европу своим умением считать, различать цвета, а также угадывать карты. Изначально спаниель жил в Вене, однако позже русский посол, заметив уникальные способности животного, решил привезти его в дар государю. Питомец быстро привык к новому дому. Князь Трубецкой писал, что как только Николай звал к себе Гусара, тот мигом бежал к нему и начинал теребить за платье. Питомец, лежа на письменном столе, составлял компанию государю во время его работы в кабинете. Дети Николая I также быстро подружились с Гусаром. Более того, в качестве поощрения император разрешал своим сыновьям ложиться на старую шинель, где спала собака.

«Гусар, старый и грязный спаниель с серой шерстью, был любимчиком императора Николая; он никогда не отлучался от хозяина и пользовался всеми привилегиями избалованной собаки», — писал современник монарха.

Содержание собаки влетало царскому двору в немалые по тем временам суммы. На корм ежемесячно тратилось 15 рублей, на лечение — от 20 до 50 рублей за процедуру. Стригли царского питомца раз в год за 10 рублей. Также известен случай, когда слуга отыскал заблудившуюся собаку и получил за это 500 рублей.

В казенных книгах эта статья расходов обозначалась так: «для выдачи его человеку за поимку собаки Его Величества Гусара».

Помимо Гусара, у Николая I были другие любимцы — Муфта, Драгун и Мадам. Зачастую собаки доставались императорским детям в качестве подарков. «Мама подарила мне собаку Дэнди, неразлучного со мной вплоть до моего замужества. У цесаревича Александра Николаевича (впоследствии — Александра II — «Газета.Ru») были собаки Дилон и Нептун», — отмечала княгиня Ольга. Кроме того, известно, что император самостоятельно выгуливал питомцев сына Александра — об этом упоминается в одном из его писем цесаревичу: «Твой Нептун так меня полюбил, что не отходит и даже бегает на ученье… гуляет со мной и ест и сделался преласковый и с Драгуном мирен».

Александр II: Милорда знает каждая собака

Когда Александр II подрос, он обзавелся собственной собакой — ирландским сеттером Милордом. Следуя традициям отца, Александр позволял любимцу спать в своих покоях. Милорд также считался «особой приметой императора». Жители российских городов, не знавшие государя в лицо, узнавали его по прогуливающемуся рядом псу.

Александр II выгуливал Милорда в Летнем саду. Однажды мимо царских особ шел гимназист, который нес в руке именинный крендель для бабушки. Увидев императора с псом, молодой человек начал отдавать честь правой рукой, а левая вместе с кренделем резко опустилась вниз. Милорд мигом позабыл о всяких подобающих статусу манерах и начал жевать мучное изделие, чем довел гимназиста до слез. Император, заметив досаду юноши, приказал выслать «пострадавшему» торт и несколько фунтов конфет.

В другой раз петербургский студент впопыхах задел прогуливающихся вместе с псом людей. Прохожими оказались Александр II и его дочь Мария, которые сделали замечание неосторожному студенту. О случае позже узнали в институте молодого человека. «Да ведь перед государем собака-то бежала? А ее весь Петербург знает!», — негодовал профессор. Спустя некоторое время об этой истории узнал весь Петербург, и репутации студента, видимо, был нанесен непоправимый урон.

Известно, что Александр II любил охоту. Несмотря на наличие при дворе эталонных охотничьих собак, император предпочитал брать с собой именно Милорда. «Императорского черного кобеля я видел в Ильинском после обеда, на который государь пригласил членов правления Московского общества охоты. Это была очень крупная и весьма красивая комнатная собака, с прекрасной головой, хорошо одетая, но сеттериного типа в ней было мало, к тому же ноги были слишком длинны и одна из ног совершенно белая. Говорят, сеттер этот был подарен покойному императору каким-то польским паном, и слух ходил, что кобель был не совсем кровный», — описывал Милорда писатель Леонид Сабанеев.

Щенки царского питомца расходились со сверхзвуковой скоростью — а один из них достался Льву Толстому.

Помимо знаменитого Милорда, во дворе императора жили и другие собаки с кличками Мока, Муля, Рубин, Пенч и Моксик. Из-за этого Царское село даже прозвали «Собачьим садом». Император трепетно относился к рациону своих собак: им доставалось все самое лучшее. «Я приготовила суп для Мока, любимой левретки императора. Когда я брала сухарь, чтобы помочить его в молоке, император подал мне другое печенье, говоря: «Нет, вы всегда вот это брали для Мока, ради Бога, не меняйте ничего в наших добрых привычках»», — вспоминала фрейлина Тютчева.

Собаки императора ни в чем себе не отказывали. Так, на симфоническом концерте собака породы ньюфаундленд не постеснялась закинуть свои лапы на плечи одного из скрипачей. На вопрос Александра, не мешает ли музыканту собака, скрипач ответил: «Боюсь, что я ей мешаю». Это вызвало смех у императора.

В 1867 году состоялась Всемирная выставка в Париже — ее решил посетить и Александр II. Любимому питомцу пришлось остаться дома: император боялся потерять Милорда в незнакомом городе. В итоге собака не смогла вынести долгой разлуки и умерла от разрыва сердца.

Александр III: лайк за лайку

Любимая лайка по кличке Камчатка досталась Александру III так же, как и многим другим правителям, — в качестве подарка. На этот раз необычный презент императору преподнесли матросы крейсера «Африка», вернувшиеся из похода в Тихий океан. Будущего царского питомца они подобрали в порту Петропавловска-Камчатского — отсюда и кличка собаки. Камчатку быстро полюбили при императорском дворе: она, подобно другим царским псам, постоянно сопровождала императора. У лайки также был доступ в спальню Александра в Аничковом дворце — этой привилегией были недовольны придворные врачи.

Александр в письмах к своим близким вспоминал, как любимая лайка встречала его после охоты: «Камчатка наслаждается, когда привозят дичь после охоты и накидывается в особенности на зайцев, потому что легче с ними справиться, но и оленям тоже достается от нее и, несмотря на то, что они выпотрошены, она все-таки ухитряется вытаскивать что-то из нутра и немедленно проглатывает».

Жизнь любимицы Александра была прервана железнодорожной катастрофой 17 октября 1888 года. Похоронили Камчатку в Собственном Его Императорского Величества саду, расположенном в Гатчинском дворце. Ее проводили со всеми почестями, а на могиле установили надгробную плиту.

Монарх и спустя годы не мог полностью оправиться от потери. «Сегодня я воздержался кого-либо приглашать. Была закуска у меня в кабинете, и я ел один. В подобных случаях страшно недостает хотя бы собаки; все же не так одиноко себя чувствуешь, и я с таким отчаянием вспоминаю моего верного, милого Камчатку, который никогда меня не оставлял и повсюду был со мною.

Никогда не забуду эту чудную и единственную собаку! У меня опять слезы на глазах, вспоминаю про Камчатку, ведь это глупо, малодушие, но что же делать — оно все-таки так!

Разве из людей у меня есть хоть один бескорыстный друг; нет и быть не может, а Камчатка был такой!», — писал он в апреле 1892 года.

Николай II: это фиаско, Иман

Четвероногими спутниками Николая II были две колли — Ворон и Иман. Всего при царском дворе жили одиннадцать колли — для них специально возвели «Собачий домик». «Выпив стакан чаю, выкурив папиросу, он выходил в парк на короткую прогулку со своими любимыми «колибри» (породистые собачки), которые жили в конурах в саду, им не разрешалось входить внутрь дворца», — писала фрейлина София Буксгевден.

Отдельной кастой стояли собаки-охранники. По распоряжению дворцового коменданта Трепова, для них в 1906 году создали особый питомник. Такой же впоследствии открыли и в Петергофе. Псов использовали для патрулирования периметра Александровского парка в Царском селе и охраны пригородных императорских резиденций.

Одну из колли 6 декабря 1895 году императору подарила старшая сестра его супруги — великая княгиня Елизавета Федоровна. На следующий день Николай в своем дневнике пишет: «Утром погулял с новым моим псом, которого я думаю назвать — Иман». Еще через некоторое время император радостно делится впечатлениями от первых прогулок с питомцем: «Иман меня очень забавляет на прогулках, замечательно подвижный, много скачет и гоняется за воронами».

В конце декабря император писал, что во время прогулки «дурак Иман провалился сквозь прорубь, но сам сейчас же вылез и стал похож на большую сосульку, так как шерсть немедленно замерзла».

Спустя семь лет, в октябре 1902 года, царский пес внезапно ночью умер от порока сердца. «Другое мое горе, совсем уже личное горе, потеря милого Имана, случилось в самом начале октября почти в тот же день, что и бедный Ворон... Это была такая умная, верная, и добрая собака», — писал Николай своей матери Марии Федоровне. Смерти Имана и Ворона оставили неизгладимый след на сердце императора — после этого он больше никогда лично не заводил собак, довольствуясь прогулками по парку с другими колли, жившими в «Собачьем домике» Александровского дворца.

В августе 1904 года родился долгожданный наследник — цесаревич Алексей. В то время семья жила в Царском селе, который был окружен тремя парками. Из-за скрываемой болезни мальчика круг общения Алексея был длительное время ограничен. Справиться со скукой ему помогали спрингер-спаниель Джой и кот Котька. Пока пес сопровождал мальчика в поездках, кот в ждал цесаревича на кровати в его личных покоях.

Огромный пушистый рыжий кот был подарен мальчику генералом Воейковым. При этом у него отсутствовали когти, которые могли бы повредить хрупкого наследника. Алексей, как и все члены царской семьи, вел дневник, в котором, в частности, упоминал и кота: «Котька с удовольствием ест устриц. На дворе легкий мороз (-3° К). Дал губернатору 100 р. на табак для солдат».

Николай старался всячески укреплять чувство патриотизма и боевой дух юного наследника, для чего брал его в поездки на фронт. Питомец Джой всегда сопровождал Алексея. После расстрела царской семьи Джоя переправили в Великобританию, где он стал жить у короля Георга — двоюродного брата Николая II.

Газета.Ru

Мы в Vkontakte                     Мы в Facebook                     Мы в Одноклассниках

Поделиться ссылкой:
Яндекс.Метрика