Не пропусти наши новости — используй время с пользой Подписаться

Главная страницаНовостиБиохакинг по-русски. Истории москвичей, взломавших свое тело

Увлечения: Биохакинг по-русски. Истории москвичей, взломавших свое тело

02.07.2018

В Москве становится все больше биохакеров – людей самых разных профессий, которые оптимизируют свое тело в надежде прожить не один век.

Мы поговорили с тремя такими экспериментаторами и узнали, как далеко они готовы зайти в борьбе со старением и сколько денег на это тратят. А насколько их методы безопасны и отвечают современной медицине, нам рассказал кандидат биологических наук, лауреат премии "Просветитель" Александр Панчин.

История вопроса

Биохакинг — попытка человека продлить свою жизнь и улучшить её качество за счёт применения различных препаратов и бадов, строгого контроля за всеми показателями своего организма, а также управления режимами сна и питания. Смысл явления заложен в самом названии и заключается в попытке взломать организм, как компьютер, с целью получить дополнительные возможности.

Денис Варванец, биохакер, 28 лет

"Россия – это рай для биохакеров"

Обычный день московского биохакера

- Я начал заниматься этим с 2016 года на фоне чтения книг трансгуманистов и футурологов – того же Рея Курцвейла, и попал в тусовку, где многие занимались чем-то подобным. Я начинал с каких-то простых вещей, например, отказа от сахара, легких физнагрузок и замеров каких-то базовых вещей. В то время у меня были панические атаки и повышенная тревожность. Все это началось после московского смога летом 2010 года. Врачи ничего конкретно не находили. Еще у меня были скачки давления. Все это было связано с плохим питанием и плохим сном. Я каждый день ходил в фастфуд, пил колу, нерегулярно спал и очень много сидел в интернете. Со временем мне удалось со всем этим справиться.

Сейчас мой обычный день не сильно отличается от дня большинства людей, но утром и вечером я принимаю таблетки, занимаюсь спортом чуть более дисциплинировано – в спортзале я обвешан гаджетами. Это единственное, что повышает такой важный биомаркер, как максимальное потребление кислорода. За три месяца я поднял его на 25 процентов. Доктор, которая делала замеры, говорит: "не может быть, что вы пьете?"

"Я принимаю около 10 веществ"

Это метформин, который снижает уровень сахара, и телмисартан – лекарство от давления. У меня с этим все нормально, но я прочитал исследование, что лучше держать его чуть-чуть ниже. Еще он повышает уровень одного белка, который отвечает за когнитивные навыки – так называемый белок "клото", и немного повышает спортивные показатели. WADA даже хотела запретить его как допинг, но разные ассоциации возмутились и этот запрет был снят. Противодиабетический препарат акарбоза замедляет расщепление сложных углеводов. Таким образом уменьшается гликемический индекс еды и имитируется низкоуглеводная диета. На мышах этот препарат показал себя лучше всего с точки зрения продления жизни. Еще я пью метилфолат, Омега-3, цитрат магния и антидепрессант ашваганду.

В месяц я трачу примерно 15 тысяч рублей, а если сдаю кровь – то где-то 30 тысяч. Я и сейчас изредка хожу в фастфуд, примерно раз в квартал. Есть очень хорошая биохакерская поговорка: "Один раз – гармедис". (Мы переделали известную нецензурную поговорку). Это микростресс, который активирует защитные механизмы организма.

Особенности национального биохакинга

В России около 10–20 настоящих биохакеров. Они читают научные статьи и сдают биомаркеры. Остальные – это "зожники" или продвинутые пациенты, которые отдали себя команде врачей.

В России подход основан на каких-то глубоком понимании физиологии, а на западе биохакеры больше нацелены на симптоматику. Есть симптом – и по нему назначается лекарство. У нас больше ориентация на геронтологию, а в США – на счастливую жизнь здесь и сейчас. Там очень любят гормонотерапию, назначение тестостерона и других гормональных препаратов. Плюс без рецепта там ничего не купить, а Россия – в этом смысле рай для биохакера.

Кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Института проблем передачи информации РАН

Александр Панчин:

Препаратов, которые достоверно продлевают жизнь здоровых людей – особенно в сочетании с другими препаратами – по большому счету нет. С таблетками все очень сложно. Биохакеры проходят большое количество тестов и понижают самые разные биомаркеры – вроде содержания тех или иных молекул в крови, иногда ассоциированных со старением. Но многие маркеры не являются чем-то плохим сами по себе. Они могут быть связаны с компенсаторной реакцией организма на какие-то другие изменения, которые могут маскироваться приемом каких-то препаратов.

Думаю, что нужно ждать полноценных исследований, которые бы показывали, что какой-то препарат действительно помогает снизить смертность большому количеству людей при определенных показаниях.

Владислав Луначев, инженер, 28 лет

"Пять дней в неделю питаюсь безвкусным коктейлем"

Я инженер. Биохакинг для меня – это просто один из вариантов этого процесса. Лет с 15 я начал изобретать разные гаджеты. Например, уже в то время я катался на агрессивных роликах по перилам, и у меня было два патента на системы амортизации. Мне нравилась литература конца 19 века, культура абсента и в итоге за полгода я разработал собственный рецепт.

Я начал экспериментировать с полифазным режимом сна, когда спишь по 15 минут шесть раз в сутки – а суммарно всего два часа. Неделю я ходил как зомби, пока организм адаптировался, а потом у меня включился нужный режим. Я прожил так три месяца и хотел бы это повторить, но при этом видеть, какие процессы происходят в мозге.

С начала прошлого года я начал заниматься по системе интервальных тренировок Табата, которую еще в 1970-е годы разработал один японец (доктор Идзуми Табата – ред.). Я занимался всего по четыре минуты раз в четыре дня. За полгода такого режима без какой-то диеты я скинул около 7–8 килограммов жира. Из-за стрессовой нагрузки организм разгоняется и следующие несколько дней потребляет больше энергии.

Зимой после такой тренировки несколько дней ты не мерзнешь. Выходишь на улицу и тебе немного жарко.

Коктейль вместо еды

Я проводил много экспериментов с питанием. Месяц назад я начал питаться безвкусным коктейлем, который готовлю сам из 40 компонентов: углеводов, клетчатки, протеинов, жиров, жирных кислот, витаминов и минералов. Это 80 процентов моего рациона, я пью его пять дней в неделю. В субботу у меня сheat day, когда я ем любую еду в любых количествах, а в воскресенье – голодовка.

Это избавляет меня от необходимости решать кучу вопросов: идти в магазин и думать, что мне сегодня съесть. Я не хочу тратить время на готовку. Это экономит мое время и дает хорошие результаты: я намного более энергичен и сфокусирован. А денег на это уходит столько же, сколько и на обычную еду.

Михаил Спектор, бизнесмен

"Я ем гору ноотропов, но самое важное – это сон"

– Все началось в 13 лет. Мне попался фармакологический справочник, и я прочитал его о корки до корки. Я был очень толстый, в 18 лет я весил 125 килограммов. Я искал способ, как избавиться от лишнего веса, и стал изучать, почему одни люди едят много и не толстеют. В итоге я похудел на 50 килограммов. Первые 20 я скинул за 40 дней. Но через какое-то время понял, что та же самая диета уже не дает таких результатов.

В 2005 году мне попалась книжка Мишеля Монтиньяка про низкоуглеводную диету.

- Я поставил эксперимент, пока отдыхал в Турции в отеле ультра-олл инклюзив, где еда разложена везде. Я питался круглосуточно, потреблял до 10 тысяч калорий в день и уже за первые пять дней я избавился от двух лишних килограммов. Я ел жирную еду, но без углеводов. На Западе все уже поняли, что жиры – не главный враг.

В последние года два я активно экспериментирую с ноотропами (вещества, которые, возможно, способны улучшить мыслительные навыки – ред.). Например, я принимаю метформин. В России его прописывают диабетикам. Но, кроме того, что он улучшает углеводный обмен и не дает подниматься уровню сахара, он может предотвратить многие формы онкологии. Медицина считает доказательную базу эффективности ноотропов шаткой, не все специалисты в них верят. Биохакеры на свой страх и риск пробуют все на себе и ориентируются на свои ощущения.

Еще один препарат – пирацитам (исторически первый среди ноотропов – ред.). По субъективным ощущениям, он улучшает способности к выполнению рутинных задач, которые требуют глубокого погружения – например, составление аналитического отчета или подготовка крупной презентации для клиента.

Всего в месяц я принимаю 5-6 препаратов и трачу на биохакинг около 10 тысяч рублей. Еще я много сплю – в мегаполисе минимум 10 часов, а в горах или на море – по 8 часов. Биохакинг – это образ жизни, связанный с ментальными установками, это постоянная работа над собой.

m24.ru

Мы в Vkontakte                     Мы в Facebook                     Мы в Одноклассниках

Поделиться ссылкой:
Яндекс.Метрика