Менделеев на аэростате: зачем великий химик полетел смотреть солнечное затмение

7 августа 1887 года по старому стилю Дмитрий Менделеев поднялся на аэростате «Русский», чтобы наблюдать полное солнечное затмение и исследовать верхние слои атмосферы. Лететь пришлось в одиночку: намокший шар не поднимал двоих, и 53-летний химик отпустил пилота на землю. Рассказывает Владимир Барышев, автор Наука Mail. 

Изображение сгенерировано "ГигаЧат - русскоязычная нейросеть от Сбера"

В массовом сознании Менделеев — человек одной таблицы. Между тем, химией его интересы далеко не исчерпывались: он занимался нефтью, метрологией, кораблестроением и всерьез — воздухоплаванием.

Верхние слои атмосферы ученый считал ключом к погоде: там, по его словам, «надобно искать зародыш всех погодных изменений». А заодно рассчитывал разглядеть оттуда то, что с земли видно считаные минуты в десятилетие, — солнечную корону.

Почему Менделеев решил подняться на аэростате

Летом 1887 года Россию ждало редкое зрелище. Полоса полного солнечного затмения пересекала страну с запада на восток: севернее Москвы, дальше через Урал, Томск, Красноярск, Иркутск и уходила в Забайкалье. Такую полосу через всю империю астрономы не получали десятилетиями.
К событию готовились основательно.

Русское физико-химическое общество снарядило экспедицию в Красноярск — среди ее участников был молодой физик Александр Попов, будущий изобретатель радио, о котором у нас есть отдельный материал. Наблюдатели рассыпались по всей полосе, и главной их надеждой была корона: раскаленная внешняя оболочка Солнца, которую в обычные дни забивает свет самого светила.
Проблема была одна, зато серьезная. Все наблюдения с земли целиком зависели от погоды, а конец лета в средней полосе надежд не внушал. Подняться выше облачности мог только аэростат.

Менделеев к тому времени думал о высотных полетах уже 12 лет. Осенью 1875 года он представил проект аэростата с герметически закрытой гондолой — по сути, первую в России схему будущего стратостата. К проекту прилагалась целая программа: полтора-два десятка высотных полетов, а вдобавок замысел управляемого аэростата с баллонетом, рулями и воздушным винтом.

Коллеги сочли затею несбыточной, денег ученый не нашел. В 1878 году он поднимался на привязном шаре в Париже и вкус к небу распробовал.
Телеграмма из Петербурга застала Менделеева в имении под Клином, где он занимался сельскохозяйственными опытами. Императорское Русское техническое общество приглашало его подняться в воздух и провести наблюдения. Раздумывал он недолго.

Как проходила подготовка к полету

Полеты на аэростатах в России оставались редкостью, и событие собрало толпу. Поезда из Москвы шли переполненными, у поля под Клином стояло несколько тысяч зрителей — для многих это был шанс впервые увидеть воздушный шар вживую.

Репортер Владимир Гиляровский, освещавший запуск, описал появление главного героя так: в 6 часов 25 минут раздались аплодисменты, и к шару вышел высокий сутулый человек с седеющими волосами до плеч и длинной бородой. Менделеев был в коричневом пальто и охотничьих сапогах — в корзину он забрался неловко, без всякой сноровки.

Управлять аэростатом должен был поручик Александр Кованько, кадровый военный воздухоплаватель. И тут выяснилось неприятное: ночной дождь намочил оболочку, отяжелевший шар двоих не поднимал. До затмения оставались минуты, ждать было нечего.

Зрители увидели, как Менделеев что-то сказал поручику. Кованько наскоро объяснил ему управление и вылез из корзины. 53-летний химик остался в гондоле один — без опыта самостоятельных полетов, наедине с водородным шаром и парой десятков минут инструктажа.
Шар отвязали. Менделеев выбросил табурет, на котором собирался сидеть, и стал руками выкидывать отсыревший песчаный балласт. Через минуту «Русский» скрылся в низкой облачности.

Как проходили наблюдения солнечного затмения

Полоса затмения прошла через всю страну, от западной границы до Забайкалья.
Дальше началась работа. Первую запись в дневнике Менделеев сделал через двадцать минут после взлета: температура 1,2 градуса, показания барометра и короткое «пахнет газом» — оболочку наполняли водородом. Тут же:

Сверху облака. Ясно кругом. Облако скрыло солнце. Уже три версты. Подожду самоопускания.
Дмитрий Менделеев

Подняться на расчетную высоту не удалось. Потолок составил около 3,8 километра, и солнце все равно частично закрывали облака. Задуманную программу это сорвало, однако часть наблюдений за короной Менделеев провести сумел — вместе с замерами температуры и давления, которых на такой высоте в России попросту никто не делал.

Внизу тем временем нарастала тревога. Шар исчез в облаках, на землю легла темнота затмения, связи не было никакой. В Клин пришла анонимная телеграмма:
Шар видели — Менделеева нет.

Началась паника, газетчики уже готовились писать о гибели ученого.
Когда пришло время снижаться, обнаружилась поломка: заклинило клапан, стравливающий газ. Спуститься без него было нельзя. Химик полез разбираться сам — и клапан починил.

«Русский» покрыл около ста километров и опустился у деревни Спас-Угол, в имении, принадлежавшем Салтыкову-Щедрину. Из Клина Менделеев уехал поездом в Москву, где его уже встречали репортеры.

Какие результаты принес эксперимент и как повлиял на развитие метеорологии и воздухоплавания

За полет французская академия наградила Менделеева памятной медальюИсточник: Долгопрудненский историко-художественный музей
Строго научный итог вышел скромным. Облачность помешала, и данных о короне собрали немного — куда больше дали наземные экспедиции вроде красноярской. Зато полет принес другое: метеорологические измерения на высоте почти четырех километров и живое доказательство, что аэростат годится для настоящей научной работы.

Французская Академия аэростатической метеорологии наградила Менделеева медалью. Пресса разнесла историю по всей империи: Гиляровский и его коллеги описали полет во всех крупных газетах, и ученый прославился далеко за пределами научных кругов.

Сам Менделеев объяснял мотив прямее любого отчета. Он писал, что об ученых принято думать, будто те горазды советовать, а практическим делом владеть не умеют, — и ему хотелось показать обратное. Естествоиспытатель обязан уметь работать руками.

Воздухоплаванием он занимался и после: писал о сопротивлении среды, поддерживал военных аэронавтов, продвигал идею высотных полетов. До первых настоящих стратостатов оставалось еще полвека, и схема с герметичной гондолой, придуманная им в 1875-м, оказалась предсказанием. Корзина того самого шара сегодня стоит в Московском политехническом музее.

Читайте также:

Святослав Федоров."У Федорова нет одной ноги. Пусть он, сидя и оперирует с микроскопом. А у нас ножки крепкие..."

История тюменца, который танцевал на одной сцене с Аллой Пугачевой

«Старости не существует»: как нейрофизиолог Наталья Бехтерева искала секрет вечной молодости

 

НАШИ СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ