Ольга Савенкова: Польза склероза

Он что-то оживленно рассказывает, она хихикает. И хоть не похожи – круглолицый и длинноносая – есть что-то неуловимо общее. Пригляделась – а это мы. В витрине отражаемся. Не признала.

Когда мы успели так постареть?

Наверное, когда пожилые люди ведут себя на улице, так как мы – строят друг другу рожи и хихикают – это неприлично.

«Помни о возрасте», - говорю я себе.

Как-то в поликлинике высокий, стройный мужчина лет 80-ти, получая пальто, говорил гардеробщику: - Я офицер и сам поухаживаю за своей дамой.

Он надел пальто на малюсенькую старушку, крепко, как ребенку, затянул шарф, поправил воротник. Она стояла привычно смирно. Потом оделся сам, она, подпрыгнув, уцепилась за его руку, и они вышли в морозный вечер.

Помнят ли они о возрасте? Думаю – нет.

С восхищением смотрю на наших актрис: шляпка, макияж, прямая спина. И не важно, что она потратила на это последнее и еще влезла в долги, не важно, что на съемках темнеет в глазах, и болят ноги - она актриса, она женщина и она должна. Просто должна. Себе самой. Слова «возраст» для нее нет.

Есть много советов для пожилых людей. Для меня важно одно –  сохранять достоинство.

Да, сапоги выглядят неприлично, да, нет денег на лекарство подороже, которое предлагает добрая аптекарша.  Ничего. Прямая спина, улыбка, благодарность. Мы родились и поглядели на этот мир. Уже повезло.

Но принять возраст чертовски трудно.

Я давно пытаюсь приучить себя обращаться к женщинам - «дама».  Всем обычно нравится.

«Дама, дама», - твержу я себе, чтобы случайно не вырвалось «Тетенька!».

«Помни, - уговариваю я себя. – «Тебе не шестнадцать, даже не  тридцать. Помни! Помни!»

Не могу.

Склероз.