Не пропусти наши новости — используй время с пользой Подписаться

Главная страницаНовости«Да кому мы нужны»: почему люди в возрасте 56-65 лет — самые несчастные в России

Люди: «Да кому мы нужны»: почему люди в возрасте 56-65 лет — самые несчастные в России

13.12.2021

Меньше половины людей в возрасте 56-65 лет довольны своей жизнью, и в этом они уступают не только молодежи, но и более пожилым людям, выяснил Центр полевых исследований ИНСАП РАНХиГС.

Специально для Forbes Life директор центра Дмитрий Рогозин рассказал, почему «поколение «сэндвич» — самая несчастная возрастная группа в России и как с этим бороться

В январе 2021 года Центр полевых исследований Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС провел исследование того, как россияне оценивают свою жизнь, как часто у них возникает чувство одиночества. В выборку попали респонденты из 81 региона России, социологи опросили жителей около 520 городов и поселков городского типа, а также жителей примерно 350 деревень и сел.

Центр пока не публиковал результаты исследования, но специально Forbes Life его директор Дмитрий Рогозин поделился первыми важными выводами, связанными с уровнем счастья людей в возрасте 56-65 лет. На Западе эту возрастную группу называют «поколением «сэндвич» (британские исследователи включают туда людей в возрасте от 45 до 65 лет), в том числе потому что часто на людей этого возраста ложится психологическая и материальная поддержка как детей, так и пожилых родителей.

В наших широтах не принято хорошо отзываться о своей жизни. Тренинги о том, как быть счастливым, говорить о счастье, дарить счастье, популярны среди весьма ограниченного столичного круга. На периферии нашего мира, в глухой деревеньке или малом городе о счастье не говорят — не ровен час сглазишь, накаркаешь. Потому вопросы и опросы о счастье, популярные во всем мире, у нас идут со скрипом, вызывают скорее усмешку, нежели понимание.

— Как в целом вы оцениваете свою сегодняшнюю жизнь?

— Нормально оцениваю, как у всех, как у людей.

Как ни спрашивай о хорошем, ответов будет немного. Основная, социально одобряемая категория — средняя жизнь, как у всех. Поэтому мы, социологи, идем на хитрость. Расспрашивая о субъективном благополучии, не позволяем выбрать среднее значение:

— Как в целом вы оцениваете свою сегодняшнюю жизнь — как хорошую, скорее хорошую, скорее плохую или плохую?

И тут нужно сделать выбор — скорее хорошую или скорее плохую, и люди делают, в основном склоняясь к «скорее хорошей»:

— Как-никак не голодаем. Работа паршивая, но есть.

— Лишь бы не свалиться и не спиться.

— Муж бросил, укатил к молодой, но дети рядом, в них счастье. Растут, во всем поддерживают. Скорее хорошая жизнь, грех жаловаться.

Считается, что старость у нас граничит с бедностью и отчаянием, никак не сочетается с хорошей жизнью. Но, оказывается, это не так

Категорично, без комментариев, свою жизнь как хорошую чаще оценивают молодые люди, до 35 лет. Из них 77% говорит о хорошей или скорее хорошей жизни. С возрастом оптимизм в оценках снижается: среди 36-55-летних таковых уже 62%, а среди 56-65-летних — 48%. Казалось бы, дальше должно быть еще хуже. Считается, что старость у нас граничит с бедностью и отчаянием, никак не сочетается с хорошей жизнью. Но, оказывается, это не так.

Среди россиян старше 66 лет о хорошей или скорее хорошей жизни говорят уже 58%, почти на уровне среднего возраста. А о плохой или скорее плохой и того меньше: лишь 26% возрастных респондентов жалуется на жизнь, в то время как среди 36-55-летних таковых 32%. Разница определяется затруднением с ответом — 17% людей старше 66 лет приводят доводы хорошего и плохого и отказываются от выбора:

— Что за вопрос задаете? Пустой он, ведь в жизни всякое бывает — и хорошее, и плохое.

Когда дело касается субъективной оценки благополучия, нет значимых различий в ответах мужчин и женщин, горожан и селян, и даже среди богатых и бедных различия не велики. Разница видна именно в возрасте. И хуже всего свою жизнь оценивают не старики и молодежь, а люди 56-65 лет. Почему так получилось?

Исследования показывают, что неудовлетворенность жизнью часто связана с чувством одиночества. Хорошо, что мы много стали говорить и писать об одиноких стариках. Одиночество — одна из социальных бед и причин раннего наступления деменции. Но мы практически не замечаем одиночество в среднем возрасте и у молодых. В суете, поиске работы или любви, кажется, одиноким не останешься. Но, как показывают опросы, одиночество как-то удивительно равномерно распределено по всем возрастам: примерно две трети россиян, независимо от возраста, уверены, что никогда не чувствуют себя одинокими. Почти треть признается, что иногда испытывает это чувство, совсем небольшой процент людей чувствует себя одиноким часто или всегда. Поэтому одиночество — это важный фактор, но не единственный.

Самый опасный и самый несчастный возраст у наших граждан — это возраст перехода от зрелости к старости

Как оказалось, не старость в России приносит уныние, а ее ожидание, порог, переступить через который человеку и страшно, и неловко. Для одних это наступление пенсионного возраста, для других — рождение и воспитание внуков, для третьих — уход за пожилыми родителями. А для подавляющего большинства — все вместе. Потому самый опасный и самый несчастный возраст у наших граждан — это возраст перехода от зрелости к старости.

— Попробуйте найти работу, выйдя на пенсию.

— Сложно?

— Невозможно. Кому мы нужны, кроме своих детей и родителей?

При этом, как показывают наши данные, именно наличие детей и родителей, которым нужна помощь и поддержка, создает чувство неловкости, упущенной возможности, личной неповоротливости как в финансовых, так и в бытовых вопросах. Человек переходного возраста ощущает неловкость не потому, что более одинок или финансово несостоятелен. Конечно, возраст связан с доходами — они снижаются. Но еще больше возраст связан с ожиданиями и обязательствами, которые максимальны не у юношества, стремящегося к самореализации, и не у пенсионеров, подводящих итоги, а у людей на шаге от пенсии. Именно им нужно поднимать детей и поддерживать стариков, одномоментно и безальтернативно. Им нужно разрываться между двумя поколениями, забывая о себе.

Что же делать поколению, подготавливающему себя к старости?

Формировать и поддерживать социальный капитал. Для этого придется подвергнуть критике свою социальную позицию — перестать ждать и начать действовать. Пролистать номера имеющихся телефонов, контактов в социальных сетях, присмотреться к людям, которые вас окружают, — и начать общаться, звонить, писать. Не тогда, когда плохо или когда праздник, не по привычным поводам, а потому, что этот конкретный человек важен вам лично, важен для вашей семьи. Это не столько расширение контактов, сколько поддержание устойчивого общения с наиболее ресурсными контактами.

Начинать и продолжать учиться. Непрерывное обучение — неотъемлемая часть человеческого капитала и фундамент для формирования социального капитала. Благо пандемия открыла для всех мир дистанционного обучения. Сейчас вы свободно и даже бесплатно можете учиться у лучших специалистов в любой из выбранных вами областей профессиональной подготовки.

Уделять время семье. Это не только дети и родители. Семья — это родственники и даже друзья, то есть близкие люди, разделяющие с вами ценности и устремления, способные поддержать не только вас, но и вашу мечту. И это уже не только телефонный справочник и социальные сети, это давно забытые связи, а порой и вовсе не возникшие. Расширяйте круг близких, ищите родных — и формируйте свой семейный капитал. Тогда семья перестанет ассоциироваться только с заботами и тревогами, а станет поддержкой и дополнительным источником счастья.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора

Forbes

Мы в Vkontakte                     Мы в Facebook                     Мы в Одноклассниках

Поделиться ссылкой:
Яндекс.Метрика